Перемены шагают по городам, меняя привычный уклад. Время Союза уходит, оставляя за собой растерянность. Как строить жизнь дальше — вопрос без ясного ответа. Восьмидесятые дарят ощущение раскованности, но рядом с ней селится хаос. Для кого-то, как для тихого Андрея, настоящей школой становятся дворы и переулки. Кому-то, вроде Вовы, в этой зыбкой действительности становится тесно и неуютно. Молодым приходится держаться вместе, образуя свои круги. Иногда приходится отстаивать право на свой угол, свой двор. В этом водовороте лишь одно остается незыблемым — слово, данное товарищам. Оно оказывается сильнее жестокости и тревог, что приходят из мира взрослых.
